В палате царила гнетущая тишина. Лишь ровный писк аппаратуры да тусклый свет ночника напоминали, что жизнь ещё держится за хрупкую нить. Женщина не приходила в сознание уже три месяца. Её супруг казался образцом верности: каждый день он приходил, садился рядом, гладил по руке, шептал слова, будто обращённые только к ней. Для окружающих он выглядел безутешным и любящим мужем.
Когда врачи осторожно сообщили, что медицинских шансов больше нет и нужно принять трудное решение, мужчина разрыдался. Его слёзы выглядели искренними, он умолял оставить ему немного времени, чтобы проститься.
Оставшись один, он склонился над неподвижным телом жены, мягко коснулся губами её лба и прошептал несколько фраз. Слова были произнесены так тихо, будто предназначались лишь для неё:
— Всё теперь моё… Ты больше не помешаешь. Прощай.
Он даже не подозревал, что за дверью стоит человек, внимательно фиксирующий каждое его движение и слово.
Ещё некоторое время назад у следователей появились сомнения: результаты анализов показывали следы токсина в крови пациентки. Малые дозы не убивали сразу, но поддерживали её в состоянии между жизнью и смертью. Тогда полиция решила устроить ловушку. Врачи сообщили мужу о скором «конце», а сами позволили наблюдать скрыто. И в минуты, когда он почувствовал себя победителем, мужчина сам разоблачил себя.
Когда он вышел в коридор, его уже ждали двое людей в форме. Осознание пришло не сразу — сперва он растерянно пытался оправдаться, но наручники защёлкнулись на запястьях мгновенно.
А в палате оставалась она. И теперь, когда постоянное отравление прекратилось, организм начал восстанавливаться. Через несколько дней мониторы впервые показали признаки улучшения. Женщина пошевелила пальцами, затем приоткрыла глаза.
Мир встретил её тихим голосом медсестры:
— Всё позади. Вы спасены.
Правду о том, кто всё это время сидел рядом и нашёптывал слова «любви», она узнала позже. Тот, кого считала самым близким человеком, шаг за шагом губил её. Но именно его же самонадеянность и жадность в итоге стали её спасением.